сегодня выношу себя с трудом,
хотя много еще не понятно.
и эта левая, все ноет и ноет, ноет и ноет... будит меня по ночам и заставляет вставать.
созвездия удачи уже давно затянуты и зашиты серостью.
много картин, много имен, еще больше слов для участия.
метро в 9 часов так красиво по-женски... столько красок и линий, столько форм и сомнений.
смочить и ток мне в висок, сказал мне белый и ручкой синей перьевой.

ни разу меня!

здравствуй, мой маленьки читатель.
хочу заявить тебе, что все болваны собраны здесь. да-да! именно в этом глазу.
и там еще небольшой световой помех.
на ваше внимание выставляется болванчик. и пусть не очень умен и хитер.
затом у него кризис в написании и описании смысла.
да, забыл еще написать кое что, гы)
я все вру и придурковатое лицо быват моим спутником чаще, все чаще и так далее, тем же боком об то же косяк.
расставили здесь дверей. хотя... я выбираю 32-ю. открыть?

В лицо - мысли, в пустоту - люди навстречу,
Видеть тебя, засыпая в метро.
Полупустой вагон серого снега.
Под взглядом чужих усталых глаз
Вырывать черты о тебе из уст
Подслушавшего шепот клеветы.

На пальцах чувствовать смысл
Рисунков и слов запотевших окон.
Ловя улыбки влюбленных в трехлитровые банки,
Задыхающихся слушать их звон
Об стенки невидящих смысл.
Дабы не чувствовать боли умирающих нот.

Мечты о Сладкой N не спасут
От серого снега внутри.
И надо идти, иначе накажут,
Вливанием в мир нового смысла...

Дождь окутывает город паутиной ручейков и струек.
Прибавляя к ним капли, делает их звонкими и яркими.
Осенний ветер пытается загнать капли под кожу лица,
Сталкивая их с лицом, охлаждая - окутывает водой.
Время остановилось, все в том же количестве и сотворении.
Холод проникает вглубь, метро - спасительный путь.
Умер смысл, и там же реальность,
Есть только даль и мелкая морось дождя.
Я почти полюбил осеннюю слякоть,
Но часы снова пошли, прогоняя меня вперед.
Передавая смысл - убиваешь глубину виденья реальности.

Сжимать кулаки.
Скулы сводит - срежет зубов.
Напряжение спины и страх...
Замереть.
Тишина, ветер чуть колышит траву и
листья, листья желтые и оппавшие
по асфальту стерают свою ткань.
В далеке желтый свет.
Нервная дрож.
Перелив оконно-муравейного света
завлекает расшторенными окнами.
Шаг и шаг где-то слева.
Дыхание повторяется справа...
Мир замер.
Я обрернулся...

шипение колонок на фоне тихой музыки; всю ночь.
осознание себя, как масса живого биоорганизма под одеялом, в комнате, где почти всегда открыта дверь на закрытую лоджую. свежо.
сон уже уходит, я жму ему руку. "до завтра, милый. сегодня ты был искренне-моим".
растения накормлены; хлопок и лен, вся синтетика уже потеряли всю влагу.
пыливых клещей стало больше, они едят всё... даже меня.
нежный голос на фоне шипящих колонок; всё утро.

сменил музыку: голос спокойно грубый.

кап-кап, кап-кап, кап-кап.... и так постепенно...
до последней чешуйки и мысленной истерики.
источая только одно слово и променая голову

начитался книжки.
росток
я всегда здесь смотрю на себя.
и в каждом слове имеется смысл.

недавно меня раскусили и... от этого ни чего не изменилось.
сейчас без картинки.
просто болит голова и маячет на горизонте ТК РФ.
я несказанно рад.

мне нужна крыша
праздник детстких криков и топота...

Исправить ошибки,
Искупить все грехи.
Стать лучше -
Вгрызаться в жизнь,
Как в горло добычи,
Вырывая плоти кусок.

Переходя тонкие ручейки и применая траву, уйти. Не зная куда.
Хотя, предчувствуя весь этот сюжет, можно выразить мнение о наличии скрытого разума.
Нет, это все неспроста, и мысли, мысли тают.
А еще всякие сволочи в вагонах метро, электричках, на станциях и т.д не дают мне почитать. Я так люблю тишину.
Т-ц-ц-ц...
Молчи.
Как эта тишина размывает все движимое и статичное. Завораживает...

плохо, когда помоешь ванну, а затем будешь стирать белье.
отработанная вода из стиральной машинки сливается в ванну и далее в канализацию.
но мы скоро догоним ее, своими частичками кожи, волосками, плевками, ну и другими выделениями.
а еще туда можно смывать насекомых. ни когда не делали такого?
вообщем опять мыть ванну.